Опасения включения терминала SOCAR в Кулеви в санкционные списки ЕС преувеличены — эксперт

Информация о возможном включении морского порта Кулеви на Черном море, находящегося под управлением SOCAR, в 20-й пакет санкций Европейского союза против России не имеет достаточных правовых оснований и носит во многом преувеличенный характер. Об этом заявил руководитель Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан в интервью газете «Бакинский рабочий».

Ранее ряд отечественных СМИ сообщил, что инфраструктура порта Кулеви может оказаться в фокусе готовящегося санкционного пакета ЕС в связи с морской транспортировкой нефти и нефтепродуктов российского происхождения.

По словам эксперта, сам факт нахождения терминала за пределами Европейского союза существенно снижает вероятность применения к нему прямых санкций.

«В международной практике ЕС и США, как правило, не вводят санкции в отношении географических объектов — регионов, портов или городов. Ограничительные меры адресуются конкретным субъектам хозяйственной деятельности: компаниям, финансовым институтам, физическим лицам, а также определенным операциям и товарам установленного происхождения», — отметил Шабан.

Он подчеркнул, что порт Кулеви выступает исключительно как инфраструктурный объект и не осуществляет добычу или переработку нефти. Основные грузопотоки формируются за счет поставок из Азербайджана, Туркменистана, Казахстана и Грузии.

В 2025 году через терминал под контролем SOCAR было перевалено около 2,2 млн тонн продукции переработки нефти и газа. Значительная часть поставок направлялась на европейские рынки.

Эксперт также напомнил, что на территории порта действует грузинский нефтеперерабатывающий завод Black Sea Petroleum проектной мощностью 1,2 млн тонн в год. Решения о закупке сырья для загрузки НПЗ, включая возможные поставки российской нефти, принимает оператор завода, а не SOCAR.

«Грузия не является подсанкционной страной, а владельцем терминала является Государственная нефтяная компания Азербайджанской Республики. При этом Азербайджан с 2022 года считается стратегическим партнером ЕС в энергетической сфере. По итогам 2025 года 95% экспорта нефти и 51% поставок природного газа Азербайджана приходилось на рынки Евросоюза», — отметил Шабан.

По его мнению, введение санкций против инфраструктурного объекта, не являющегося самостоятельным экономическим субъектом и находящегося вне юрисдикции ЕС, противоречило бы сложившейся санкционной практике Брюсселя и Вашингтона.

«Если у ЕС возникают вопросы относительно происхождения конкретных партий продукции, санкционная практика предполагает адресные меры в отношении конечного покупателя или соответствующих экономических субъектов, а не инфраструктурного оператора», — добавил эксперт.

Таким образом, заключил Шабан, опасения относительно возможного включения терминала Кулеви в санкционные списки ЕС не находят убедительного подтверждения ни с правовой, ни с практической точки зрения.

Н.Тебризли